Главная
Гостевая книга Ссылки
Контакты 
В середине XVI века между тремя крупнейшими государствами у Балтийского моря — Россией, Польшей и Швецией — разгорелась война за обладание исключительно важной в торговом и стратегическом отношении прибалтийской областью — Ливонией (современные Эстония и Латвия). Русское государство в этой войне стремилось овладеть широким выходом к Балтике. Война продолжалась 25 лет и привела к значительному ослаблению людских и материальных ресурсов России. Этим воспользовалось шведское правительство и с 1580 года начало военные операции по захвату русских пограничных владений.
Первый удар шведов был направлен на Карелу, от обладания которой зависела судьба всей восточной части Карельского перешейка.
В октябре 1580 года шведский главнокомандующий Понтус Делагарди двинулся из Выборга на Корелу и 28 октября со значительным войском и артиллерией подступил к городу. Застигнутые врасплох горожане укрылись за стенами укреплений. Шведы построили на обоих берегах Вуоксы осадные сооружения, установили пушки; лодки с солдатами блокировали обе городские крепости, отрезав их от внешнего мира.
Когда все приготовления к осаде были закончены, шведы начали обстрел городских укреплений из пушек. Понтус Делагарди приказал своим артиллеристам вести стрельбу раскаленными железными ядрами, от которых скоро загорелась одна из деревянных стен крепости; затем пожары возникли и во многих других местах. Стали загораться и жилые дома.
В этих трудных условиях немногочисленный русский гарнизон с исключительным мужеством отстаивал Корелу. Русские воины отстреливались из пушек и ружей, пытались тушить вновь и вновь возникающие пожары, заливая горящие стены водой, забрасывая их землей и песком, но не могли одолеть разбушевавшуюся стихию. Пока была возможность сопротивляться, корельский воевода Квашнин не хотел и думать о капитуляции и настаивал на продолжении борьбы. Но наступило время, когда весь город был объят пламенем, и его защитникам ничего больше не оставалось, как сложить оружие или погибнуть в огне. Только в этот критический момент воевода скрепя сердце согласился начать переговоры с осаждающими. В результате переговоров город был сдан шведам, а оставшиеся в живых защитники и жители получили право уйти в русские земли. Победителям достались дымящиеся пожарища.
Шведы наскоро возобновили сильно пострадавшие от огня городские укрепления, оставили в Кореле хорошо вооруженный гарнизон и стали насильственно подчинять себе окрестное карельское население. Однако местные крестьяне не захотели покориться захватчикам и повели против них партизанскую войну.
Русское военное командование также не примирилось с утратой Корелы и трижды делало попытки освободить ее. В первый раз такая операция была предпринята в июне 1581 года, со стороны Ладожского озера, при участии около полутора тысяч русских воинов. Во второй раз это произошло в августе того же года, причем в набеге участвовало около трех тысяч человек. Однако обе эти операции не увенчались успехом.
В третий раз попытка освобождения Корелы была предпринята поздней осенью того же 1581 года. В темную бурную ноябрьскую ночь, когда из-за скверной погоды никто не мог ожидать нападения, русский отряд на лодках пробрался из Ладожского озера в устье Вуоксы и подступил к городу. Никем не замеченные, русские воины подошли по реке к городским укреплениям и, подкравшись к недавно восстановленным шведами деревянным стенам детинца, подожгли их в нескольких местах. В кромешной тьме ярко запылали стены и башни крепости. Большинство шведской стражи было быстро перебито, остальные захвачены в плен. Подойдя затем к Спасскому острову, русские воины подожгли стоявшие у берега вражеские суда. Застигнутые врасплох, перепуганные шведские солдаты, отстреливаясь, бросились гасить пожар. С огромным трудом им удалось спасти от огня лишь отдельные участки крепостных стен; но две деревянные башни и большая часть стен детинца сгорели дотла. В огне погибли также многие жилые постройки, казармы и городские склады с многочисленными запасами продовольствия. Русский отряд, сделав всё, что было в его возможностях, столь же быстро скрылся во мраке ночи. Лишь малочисленность отряда не позволила ему занять крепость и вернуть ее России.
Общая стратегическая обстановка складывалась тогда не в пользу России, и осуществить крупные наступательные операции против шведов на Карельском перешейке было невозможно. Затянувшаяся на 25 лет Ливонская война привела к значительному ослаблению России и закончилась невыгодным для нее миром. Русскому правительству по условиям заключенного в 1583 году мирного соглашения пришлось оставить за Швецией захваченные ею русские владения, в том числе и Корельский уезд с Ко-релой.
Впервые за свою многовековую историю Корела на длительное время оказалась под чужеземной властью.
В новых условиях состав населения Корелы полностью изменился: часть ее прежних, жителей, русских и карел, погибла во время обороны, остальные ушли в русские владения. Почти все городские строения тогда же погибли от огня. Шведам пришлось заново отстраивать и заселять город.
Значительную часть нового населения Корелы составили шведский гарнизон и шведские чиновники, присланные для управления городом и уездом. Постепенно сюда также переселились из подвластной шведам Финляндии торговые люди и ремесленники. Опасаясь нападения карельских партизан, а в случае войны и русских регулярных войск, новые жители поселились в детинце и на Спасском острове. Неукрепленные посады по берегам Вуоксы оставались почти безлюдными.
Карельские крестьяне, сроднившиеся с Русским государством, не хотели признавать чужеземную власть и вели партизанскую борьбу с захватчиками. Поэтому шведы и после заключения мира продолжали работы по усилению укреплений. Система обороны, по-видимому, не подверглась радикальной перестройке и в основе своей осталась прежней. Разрушенные во время Ливонской войны укрепления были восстановлены и значительно усилены. Так, например, земляные валы, окружавшие детинец и Спасский остров, сделаны более мощными; для большей прочности внутри валов установлены бревенчатые конструкции, покрывавшиеся затем глиной и песком. Для того чтобы эти валы могли противостоять огню артиллерии, они были снаружи на всю их высоту обложены камнем. На валах были восстановлены сгоревшие во время военных действий 1580 и 1581 годов дубовые стены; снаружи их присыпали землей, чтобы предохранить от пожара. Внутри детинца в 1591 году было построено каменное здание арсенала, сохранившееся в сильно измененном виде до наших дней.
Под шведской властью Корела и Корельский уезд оставались в течение 17 лет — с 1580 по 1597 год. В 1590 году Россия, восстановив силы после тяжелой Ливонской войны, вновь выступила против Швеции. Война окончилась успешно для России, и по Тявзинскому мирному договору 1595 года шведам пришлось возвратить все захваченные в Ливонскую войну русские владения, в том числе и Корелу с уездом. После двухлетних проволочек в 1597 году шведские власти вынуждены были выполнить эти условия, и Корела вновь вошла в состав родной страны.
Русское правительство приняло специальные меры для восстановления города, пострадавшего от Ливонской войны и 17-летнего чужеземного владычества. Царь Борис Годунов в своей "жалованной грамоте" городу Кореле от 1 ноября 1598 года распорядился, что поскольку "нашие отчины города Корелы лутчие и середине и посадцкие и всех погостов пашенные и всякие люди всее Корельские земли разорены были от свейских1 людей и были все во изгнанье"2, то возвращающимся на родные пепелища горожанам и крестьянам будет предоставлена помощь для скорейшего возобновления своих домов и хозяйства. Вернувшимся в Корелу русским горожанам были бесплатно переданы в собственность дома, построенные шведами; население города и уезда на 10 лет было освобождено от всех налогов и пошлин, во владение городских жителей были переданы рыболовные угодья на Вуоксе и пастбища в окрестностях Корелы.
В результате принятых мер в Корелу возвратились прежние жители, в городе была быстро восстановлена нормальная жизнь и хозяйственная деятельность. Корела вновь стала важным центром ремесла и торговли на Карельском перешейке и приобрела свой старый исконный облик русского города.
Однако вскоре мирное развитие Корелы было опять прервано иноземной интервенцией.
Наиболее тяжелые испытания перенесла Корела в начале XVII столетия.
Воспользовавшись резко обострившейся в России классовой борьбой и назревавшей крестьянской войной, соседние феодальные государства — Польша и Швеция — организовали вооруженную интервенцию с целью захвата русских земель.
В 1604 году развернули интервенцию польские феодалы. В 1608—1609 годах, воспользовавшись трудным положением России, изнемогавшей в борьбе с польскими захватчиками, шведское правительство навязало Василию Шуйскому невыгодный договор, согласно которому Швеция посылала на помощь царю свои войска. В "вознаграждение" за это Василий Шуйский вынужден был согласиться на передачу Швеции города Корелы с уездом. Кроме того, шведский король рассчитывал впоследствии воспользоваться ослаблением России и захватить ее северо-западные земли.
Жители Корелы с возмущением встретили эту весть. Среди населения стихийно созрело решение: не подчиняться царю. Поэтому, когда в августе 1609 года царь отправил в Корелу дворянина Чулкова с приказом сдать город шведам, жители отказались разговаривать с царским посланцем и даже не впустили его в город. Василий Шуйский неоднократно посылал в Корелу распоряжения сдать ее в соответствии с договором; такие же требования, да еще с угрозами захватить город силой, если в ближайшее время он не будет передан мирным путем, приходили в Корелу и от шведов. Но патриотически настроенные жители, поддерживаемые крестьянским населением Корельского уезда, твердо стояли на своем, решительно отклоняли все требования и угрозы, стремясь во что бы то ни стало остаться в составе Русского государства.
К середине 1610 года политическая обстановка в России еще более осложнилась. Войска Василия Шуйского потерпели тяжелое поражение от польских интервентов, а сам Шуйский вскоре после этого был свергнут с престола. Боярское правительство, временно взявшее в руки управление страной, не имело сил для борьбы с интервентами. Польско-шляхетские войска подходили к Москве. Положение Русского государства стало критическим.
Этим моментом воспользовалось командование шведских "вспомогательных" войск, находившихся на русской территории, и приступило к прямому вооруженному захвату русских земель. Шведский главнокомадующий Яков Понтуссон Делагарди3 своей первой задачей поставил овладение Корелой, имевшей важное стратегическое значение. Пока Корела находилась в руках русских и могла угрожать основным коммуникациям, связывавшим войска интервентов со шведскими владениями, шведы не имели возможности развернуть широкие завоевательные действия в глубине русских земель.
Узнав о начале открытой шведской интервенции, население Корельского уезда грудью встало на защиту родной земли. Из карельских крестьян быстро создалось несколько партизанских отрядов, которые двинулись навстречу шведским войскам, наступавшим на Корелу. На помощь партизанам из Корелы был послан хорошо вооруженный отряд стрельцов.
4 июля 1610 года войска Делагарди, приближавшиеся к Кореле, были остановлены объединенными силами карельских партизан и русских стрельцов. Однако сражение кончилось победой интервентов ввиду значительного превосходства их сил. Партизаны ушли в леса, стрельцы отступили к городу.
Жители Корелы покинули свои дома на посаде и укрылись за стенами городских укреплений. Шведские войска подошли к городу, заняли оба берега Вуоксы и приступили к осаде.
Задача, вставшая перед осаждающими, была трудной, так как Корела представляла собой весьма сильную крепость. Поскольку тогда уровень воды в Вуоксе был значительно выше современного, то мощные крепостные в'алы детинца и Спасского острова опускались почти отвесно в воду. Взятие этих укреплений штурмом было почти невозможно: взбираться на валы пришлось бы прямо из лодок, а лодки не могли ни подойти к укрепленным островам (мешали скрытые под водой колья),"ни остановиться у их берегов (мешало стремительное течение реки). Выгодные для обороны условия сохранялись и зимой, так как течение в Вуоксе, имевшей несколько водопадов и порогов, даже здесь, вблизи устья, было настолько быстрым, что река почти не замерзала или покрывалась лишь тонким слоем льда, не выдерживавшим вооруженных людей.
К началу осады в Кореле находился довольно сильный (сравнительно с небольшой площадью укрепленной части города) гарнизон, состоявший из стрельцов, а также из ратных людей, набранных среди жителей города и карельских крестьян в уезде. По одним Данным, в городе насчитывалось 2 тысячи, по другим, — 3 тысячи человек. Гарнизон состоял из четырех-пяти сотен вооруженных людей.
Старая крепость (детинец) Корелы. Рисунок конца XIX в.
Воеводой Корелы в то время был Иван Михайлович Пушкин, предок великого русского поэта, храбрый и энергичный руководитель обороны. Человек уже пожилой, имевший большой опыт в военном деле, не раз занимавший ответственные государственные посты, И. М. Пушкин с честью выполнил самую сложную задачу из всех, когда-либо ложившихся' на его плечи, — руководство обороной Корелы от великолепно вооруженных шведских войск.
Осада Корелы началась в первых числах сентября 1610 года. К этому времени здесь завершилось сосредоточение шведских войск, и в лагерь Под городом прибыл сам Делагарди. Шведский главнокомандующий вначале предполагал воспользоваться обычным по тому времени способом преодоления крепостных стен — устроить подкоп под стеной и взорвать ее с помощью пороха. Но для подкопа у подножья крепостных валов не оставалось места, поскольку они опускались прямо в воду. Учитывая также трудность переправы через бурно текущую реку, Делагарди не решился брать город штурмом и начал осаду по всем правилам военного искусства.
Корела была обложена со всех сторон; шведские отряды заняли берега Вуоксы выше и ниже города; жители его, сосредоточенные на небольшом пространстве внутри укреплений, вскоре начали страдать от скученности и недостатка продовольствия.
Крестьяне Корельского уезда пытались облегчить положение осажденных: они свезли на один из прибрежных островов Ладожского озера близ устья Вуоксы значительные запасы хлеба, погрузили его на 28 судов и отправились к Кореле в сопровождении вооруженного отряда. Об этом стало известно шведскому командованию. Делагарди выслал навстречу отряду 200 своих воинов на лодках, которые частью потопили, частью захватили карельские суда.
Партизанские отряды в течение всей осени 1610 года вели активную борьбу против шведов и лишь в конце ноября были разбиты их регулярными частями. Крестьянское население уезда силой было принуждено к покорности. Однако скрытая борьба против интервентов продолжалась и дальше.
Делагарди отправил защитникам Корелы требование немедленно сдать город, ссылаясь на условия договора, заключенного Швецией с Василием Шуйским полтора года назад. Но руководители обороны ответили отказом.
Русские и карелы часто устраивали смелые вылазки за пределы укреплении, вступая в кровопролитные стычки со шведами. Вследствие упорного сопротивления защитников Корелы осада затягивалась.
Осенью 1610 года польскими интервентами была захвачена Москва. Страна временно лишилась государственной власти. Такая обстановка оставляла мало надежды на возможность помощи.
В Кореле свирепствовала цинга, опустошая ряды защитников. Трупы полутора тысяч людей, умерших от цинги и ранений, лежали во дворах и на улицах, так как некому уже стало их хоронить. В феврале 1611 года из двух или трех тысяч жителей осталось в живых около ста человек; их не хватало даже для обороны стен детинца.
Только когда дальнейшее сопротивление стало невозможно, осажденные вынуждены были начать переговоры.
Шведы выдвинули позорные условия капитуляции, потребовав, чтобы их противники, оставив оружие и имущество, вышли из города в одной поношенной одежде. Добиваясь сдачи на подобных условиях, шведское командование стремилось вознаградить своих солдат за тяготы долгой осады, предоставив им на разграбление имущество жителей.
Защитники Корелы отказались сдавать город на таких условиях. Воевода И. М. Пушкин и другие представители городских властей, участвовавшие в переговорах, настаивали на почетных условиях сдачи. Когда шведы отказались идти на уступки, защитники Корелы заявили, что у них есть еще тысяча бочек пшеницы, соль и другие съестные припасы и что они будут держаться до последнего предела, а затем взорвут город и погибнут под его стенами. Как впоследствии обнаружили шведы, это была не пустая угроза: под башни крепости уже был заложен порох. Шведское командование поняло, что если оно будет настаивать на прежних условиях капитуляции, то горожане взорвут укрепления, и всё их имущество погибнет.
Сделанные шведами уступки позволили прийти к соглашению. Жителям было разрешено взять с собой столько имущества, сколько они смогут увезти. 2 марта 1611 года после шестимесячной обороны город Корела капитулировал. Когда раскрылись ворота, шведское командование было поражено, увидев, что жителей всего около ста человек, а воинов — лишь несколько десятков. С этими ничтожными силами, недостаточными для защиты даже валов городской цитадели, мужественные русские и карельские люди более полугода отстаивали от многочисленных вражеских войск родной город и прекратили борьбу только тогда, когда дальнейшее сопротивление стало невозможным.
Героическая оборона Корелы сыграла существенную роль в ходе исторических событий на Руси начала XVII века. Мужественный гарнизон Корелы более чем на полгода отвлек на себя внимание и основные силы шведских интервентов. Крупнейший русский историк начала XIX века Н. М. Карамзин по праву сравнивал подвиг защитников Корелы с прославленной обороной Смоленска в 1609—1611 годах против польско-шляхетских войск. По мужеству и героизму защитники Корелы могут быть поставлены в один ряд с защитниками смоленской твердыни. Оборона Смоленска задержала начало развертывания польской интервенции и дала русскому народу выигрыш во времени, использованный для подготовки национально-освободительного движения. Оборона Корелы задержала широкое развертывание шведской интервенции и облегчила подготовку освободительного движения русского народа против главного в то время врага — польских захватчиков. Когда шведы, овладев Корелой и Корельским уездом, начали широкие завоевательные операции в Новгородской земле, русский народ стал подниматься на борьбу за освобождение Родины, и шведская интервенция уже не представляла угрозы для независимости страны,
Патриотический подъем русского народа в 1611 году привел к созданию народного ополчения, возглавленного Мининым и Пожарским. Народное ополчение в 1611— 1613 годах освободило основные области страны от польских захватчиков и восстановило государственную власть в центре России — Москве. Однако борьба с польскими и шведскими захватчиками затянулась еще на несколько лет. Ослабленная длительной внутренней борьбой и интервенцией, Россия вынуждена была в 1617 году заключить со Швецией тяжелый и невыгодный для себя Столбовский мирный договор, по условиям которого в руки шведов перешли захваченные ими прилегавшие к морю русские земли — берега Невы и Финского залива, а также расположенный рядом Корельский уезд с городом Корелой. В результате Русское государство оказалось отрезанным от Балтийского моря, а древний русско-карельский город почти на сто лет перешел за пределы Родины.
С переходом в состав Швеции город Корела официально получил новое, шведское название — Кексгольм; оно сохранялось за ним и впоследствии, вплоть до 1948 года. Впрочем, русские люди по крайней мере еще около ста лет называли этот город его исконным именем — Корела.
Во время осады города шведами в 1610—1611 годах большинство его коренного, русского и карельского, населения погибло от болезней и лишений, а оставшиеся в живых после капитуляции ушли в русские владения: никто не захотел остаться под чужеземной властью.
Шведы ввели в детинец и на Спасский остров воинский гарнизон, восстановили там пострадавшие во время осады крепостные сооружения и казармы для солдат. Там же разместилась и администрация завоеванного шведами Ко-рельского уезда.
Вместо русских и карельских жителей в городе постепенно стало появляться новое население — переселившиеся из Финляндии финские торговцы и ремесленники. Шведские власти поощряли это переселение, предоставляли новым жителям различные льготы, стремясь скорее восстановить нормальную жизнь города.
Шведы и финны, селившиеся в Кексгольме, должны были заново отстраивать себе дома на месте прежнего посада, сожженного во время обороны. Поскольку новые пришельцы были здесь людьми совершенно чужими, не связанными никакими традициями, они ограничились восстановлением посада только на северном берегу Вуоксы, за Федоровской рекой; "Ореховская сторона", лежавшая на южном берегу Вуоксы, восстановлена не была. Видимо, тут сыграло роль и то обстоятельство, что с юга можно было ожидать наступления русских войск, а северный берег находился в непосредственной близости от городских укреплений; здесь, под охраной крепостных пушек, шведские и финские горожане чувствовали себя в большей безопасности.
В 1634 году Кексгольм, едва успевший отстроиться, вновь пережил тяжелое бедствие — пожар, охвативший почти весь город и причинивший серьезный ущерб населению. Пожар разгорелся ночью. Застигнутые врасплох, жители едва успевали выскакивать из горящих домов, оставляя в жертву пламени всё свое имущество. Большая часть города выгорела дотла, в том числе и наиболее густо населенный Спасский остров. В огне погибли жилые и казенные здания, мосты; сильно пострадали укрепления Спасского острова. Уцелел от огня лишь детинец.
После пожара шведские власти провели большие работы по восстановлению и дальнейшему усилению городских укреплений. Деревянные стены, в связи с продолжавшимся развитием артиллерии, перестали выполнять свою роль — они слишком легко поддавались действию огня. Поэтому на Спасском острове после пожара деревянные стены не были восстановлены, а в детинце их разобрали. Взамен этого увеличили высоту крепостных валов, которые на углах Спасского острова были усилены пятью земляными бастионами.
Старинный русский островерхий шатер над главной башней детинца был заменен более приземистым, шведским шатровым покрытием; над ним надстроена небольшая деревянная башенка в стиле барокко, увенчанная шпилем. Подобные башенки с изящным силуэтом, завершающие покатую крышу, стали впоследствии характерной особенностью архитектуры Карельского перешейка. Этот же прием в XIX и начале XX века повторен в Кексгольме при постройке здания, ныне занимаемого санаторием, а также при возведении большого жилого дома в Выборге и других местах.
Старейший план Кексгольма, выполненный в 1637 г.
Тогда же, в XVII веке, было возведено несколько дополнительных оборонительных сооружений, усиливавших боевую мощь Кексгольмской крепости, в том числе сильное предмостное укрепление — равелин (на северном берегу около крепости), защищавший подступы к мосту через Федоровскую реку на Спасский остров.
Постепенно был восстановлен и городской посад: шведские и финские переселенцы отстроили свои дома и торговые помещения. Южный берег по-прежнему оставался незаселенным; посад строился только на северном берегу Вуоксы и на Спасском острове.
План Кексгольма конца XVII в, (с шведского плана 1697 г.):
1— земляные бастионы; 2 — подъемные мосты;
3 — предмостное укрепление (равелин);
4 — башня замка; 5 — арсенал; 6 — канал в Новой крепости; 7 —мельница.
На подробном плане города, составленном в конце XVII века, видно, что городской посад начинался на берегу против Спасского острова и простирался иа значительное расстояние вверх по течению Вуоксы. В посаде было несколько продольных и поперечных улиц, а его западная часть имела довольно правильную геометрическую планировку.
В заселении различных частей города еще более строго, чем раньше, выдерживался классовый принцип. На Спасском острове4, кроме ряда казенных зданий, предназначенных для нужд крепости и ее гарнизона, находились дома офицеров, чиновников, а также богатых купцов, то есть здесь жили представители шведского правящего класса, господствовавшие над населением города и уезда. На посаде же из 250 домов лишь 10 принадлежали представителям высших слоев общества (1 — офицеру и 9 — купцам); в остальных домах жило трудовое население: ремесленники, рыбаки, солдаты. На Спасском острове жили только представители господствующей нации — шведы; на посаде, среди низов городского населения, были и шведы, и финны, и карелы.
Укрепления детинца и Спасского острова (или, как их теперь стали называть, замка и Новой крепости) были нужны шведам не только на случай войны; опираясь на эти укрепления и их гарнизон, шведское государство держало в повиновении население завоеванного края. Детинец с его казематами использовался в мирное время и как тюрьма, куда заключали тех, кто не хотел повиноваться власти завоевателей.
Для поддержания своего господства хозяева города, кроме прямого насилия, использовали и другие средства. Чтобы отвлечь внимание угнетенных слоев населения от тяжести повседневной жизни, на посаде было открыто семь кабаков, где спаивался трудовой люд Кексгольма.
На окружающей город территории Корельского уезда после захвата его шведами установился тяжелый феодальный гнет шведского государства и шведских помещиков. Притеснения и эксплуатация со стороны шведских помещиков, непосильные налоги и поборы, произвол чиновни-
Изображение Корелы на шведской карте середины XVII в.
ков, преследования православной религии — все это вызвало стихийное недовольство местного карельского населения. Карельские крестьяне стали бросать насиженные места и уходить в русские владения. Особенно усилилось это переселение во время русско-шведской войны 1656— 1658 годов.
Русское государство начало эту войну с целью вернуть выход к Балтийскому морю и все исконные русские земли, захваченные шведами в начале XVII века. В июле 1656 года войска под командованием воеводы Петра Пушкина (тоже предка великого поэта) подошли к Кореле— Кексгольму и начали его осаду. Пушкин подвез артиллерию, построил пять осадных укреплений — острожков — и начал обстрел города, а затем попытался взять его штурмом Шведское командование послало иа выручку Кекс-гольму крупные военные силы, которые, подойдя к городу, окружили осаждавшие войска; но русские, засев в острожках, отбили нападение и принудили шведов отступить. Лишь поздней осенью, когда стало очевидно, что прочные укрепления взять не удастся, Пушкин снял осаду и отошел по северному берегу Ладожского озера к русской границе.
Карельское крестьянство, считавшее Россию своей родиной, не захотело далее оставаться под шведской властью и двинулось вслед за отступающими войсками. В этот период из восточной части Карельского перешейка ушло в глубь России всё исконное местное население. К окончанию войны территория Карельского перешейка почти полностью обезлюдела.
Война 1656—1658 годов не дала никаких практических результатов. России не удалось вернуть берега Балтики. Кексгольм и его уезд остались под властью шведов.
По окончании войны шведские власти, стремясь скорее обжить опустевший Кексгольмский уезд, стали усиленно переселять сюда финских крестьян из внутренних областей Финляндии. Постепенно весь Кексгольмский уезд был заселен финнами. Новые пришельцы дали свои, финские названия деревням, рекам и озерам; старые русские названия были забыты. С этого времени восточная часть Карельского перешейка и северное Приладожье приобрели финский облик.
(1710 год)
В начале XVIII века Петр I начал войну со Швецией за выход к Балтийскому морю. Русские войска вернули важнейшую часть исконного балтийского побережья — устье Невы, где в 1703 году был основан новый город, будущая столица и оплот России на Балтике — Петербург. С этого времени особенно острым стал вопрос обеспечения безопасности Петербурга от нападения шведов. Вскоре на западных подступах к нему были взяты Нарва и Дерпт и шведские войска отброшены в глубь Прибалтики. Но северные подступы к новому городу — Карельский перешеек — еще находились в руках врага. Опираясь на две расположенные на этом перешейке крепости — Выборг и Кексгольм — шведы держали Петербург под постоянной угрозой нападения, не позволяя приступить к широкому развертыванию строительства.
После решающей победы под Полтавой (1709 год) русские войска перешли в наступление и на берегах Балтики. Весной .1710 года Петр I начал операции по овладению Карельским перешейком, чтобы окончательно избавить Петербург от вражеской угрозы с севера. Первый удар был направлен на главную шведскую твердыню на Карельском перешейке — Выборг. После трехмесячной осады неприступная крепость пала; в Выборг вступили победоносные русские полки.
Уже через два дня после занятия Выборга Петр I начал готовить второй этап операции по овладению Карельским перешейком — поход на Кексгольм; было приказано снарядить в Шлиссельбурге необходимое количество провианта и артиллерию. 21—22 июня 1710 года царь отдал приказ генералу Роману Брюсу выступить из-под Выборга с восемью полками пехоты и кавалерией в поход на Кексгольм.
Поскольку после взятия русскими Выборга Кексгольм оказался отрезанным от основных путей, связывавших его с главными шведскими военными силами в Финляндии, судьба города фактически уже была предрешена. Поэтому Петр I приказал генералу Брюсу "оную крепость утеснять только бомбардированием, а не формально атаковать, дабы людей даром не утратить", то есть, чтобы не проливать напрасно русской крови, Брюс должен был не штурмовать Кексгольм, а лишь блокировать его со всех сторон и принудить к сдаче силой одной артиллерии.
Старые, существовавшие еще с новгородских времен крепостные валы замка (детинца) и Городского (бывш. Спасского) острова за время шведского господства были усилены. На этом острове главную роль в обороне играли угловые бастионы, выдвинутые вперед из линии валов; оснащенные медными и чугунными пушками. Подступы к мосту, связывавшему городской остров с северным берегом, защищал равелин. Чтобы нападающие на крепость не могли перебраться в лодках через неширокий рукав Вуоксы, отделявший городской остров от северного берега, в дно рукава были вбиты рогатки, а к ним привязаны железными цепями плавающие бревна, преграждавшие путь к острову. Такая же система рогаток и связанных цепями бревен защищала подступы к Городскому острову и к замку со стороны главного русла Вуоксы. Эта система препятствий дополнялась опущенными в некоторых местах на дно Вуоксы ящиками с камнями, мешавшими движению судов. Переправу войск через Вуоксу затрудняло также исключительно быстрое течение реки. Кроме того, на трех мелких островках Вуоксы вблизи замка были сооружены небольшие редуты, дополнявшие общую систему обороны крепости.
В Кексгольме насчитывалось более 80 пушек разных калибров, установленных на бастионах и валах крепостного острова и замка, а также на мосту, связывавшем оба эти укрепления. Овладеть кексгольмской крепостью было нелегко.
При приближении русских войск шведские горожане подожгли посад и спрятались внутри городских укреплений; большинство же бежало на север.
8 июля 1710 года русские полки подошли к южному берегу Вуоксы против крепости, а на другой день переправились через реку и заняли северный берег вблизи крепостных валов. На месте посада еще дымились многочисленные пожарища. Крепость была блокирована и отрезана от внешнего мира. Генерал Брюс занял высоты на северном берегу Вуоксы, господствовавшие над крепостью, и немедленно начал строительство осадных сооружений — траншей и батарей для обстрела городских укреплений.
Когда на батареях были установлены пушки, к шведскому коменданту отправился русский парламентер с предложением сдать крепость. Комендант, еще надеявшийся на помощь шведских войск из Финляндии, ответил отказом. Тогда русские пушки начали бомбардировку крепости.
Всё туже затягивалось кольцо осады. Были заняты все острова на Вуоксе, находившиеся в непосредственной близости от крепости, в том числе и три островка со шведскими редутами. На занятых островках также были установлены осадные батареи.
В первое время в распоряжении русского командования была только легкая полевая артиллерия, которая не могла нанести серьезных повреждений мощным крепостным валам Кексгольма. В начале августа по Ладожскому озеру прибыла на судах из Шлиссельбурга осадная артиллерия, и бомбардировка крепости была значительно усилена.
Среди шведского гарнизона росло число убитых и раненых. За два месяца осады стало очевидным, что на приход подкреплений рассчитывать нельзя. Не выдержав сокрушительного огня русской артиллерии, шведский комендант Шерншанц начал переговоры о капитуляции.
Выработанные во время этих переговоров условия сдачи Брюс специально посылал в Петербург на утверждение Петру I, и только получив от него санкцию, подписал договор о капитуляции. Согласно договору, победители предоставили гарнизону Кексгольма право, сдав крепость, уйти в шведские владения; при этом выходить из крепости солдаты должны были только с одними ружьями, без пушек, без музыки и знамен.
Медаль на взятие Кексюльма в 1710 г.
В четвертом часу дня 8 сентября 1710 года шведские солдаты покинули крепость. Над Кексгольмом вновь взвился русский флаг.
В крепости осталось 84 пушки, в том числе шесть старых русских орудий, захваченных шведами еще при замятии города в начале XVII столетия; было взято два шведских знамени, одно из которых как славный трофей русского оружия было помещено в собор Петропавловской крепости в Петербурге.
Вскоре после овладения Кексгольмом Петр I специально ездил осматривать возвращенную России крепость.
В честь освобождения Кексгольма была изготовлена специальная бронзовая медаль.
Южные ворота Новой крепости, обитые трофейными шведскими латами.
Занятие Кексгольма в 1710 году явилось выдающейся победой русской армии. Сильная крепость была захвачена, как и намечалось Петром I, силами одной лишь артиллерии, "без великого урону людей". Русские командиры и солдаты отлично сознавали, что перед ними — не чужая шведская твердыня, а законное достояние Родины, временно оказавшееся во враждебных руках. После овладения Кексгольмом в "Журнале или Поденной записке" Петра 1 (дневник основных событий деятельности Петра и его правительства) было записано: "И тако сия праотечественная крепость взята". С занятием Кексгольма, последовавшим вскоре после овладения Выборгом, была полностью обеспечена безопасность Петербурга с севера. Поскольку в тот же год русские войска отвоевали и шведские владения в Прибалтике (эстонские и латышские земли с Ревелем и Ригой), создались условия для развертывания широкого строительства нового города на берегах Невы. Петербург начал быстро расти и с 1712 года стал столицей России. По мирному договору со Швецией 1721 года было окончательно закреплено возвращение Карельского перешейка с Выборгом и Кексгольмом в состав России. Кексгольм вновь стал русским городом.
2 "Материалы по истории Карелии XII—XVI вв.". Петрозаводск, 1941, стр. 362.
3 Сын Понтуса Делагарди, шведского военачальника, упоминавшегося в предыдущем разделе.
4 В детинце к тому времени уже не существовало жилых зданий, и он целиком использовался для нужд гарнизона,
| < Назад |
20 January, 2002